«В сущности, это история русского европейца и европейства, что так мощно, с сохранением национальной самобытности, начиная с Петра и Ломоносова, вызревали в Пушкине, Лермонтове, Достоевском, Толстом, и которые, как теперь уже очевидно, могли стать фундаментом жизни России XX века, но сначала были бездарно загублены в либеральном затмении и предательстве, в коих повинна столь боготворимая нами российская интеллигенция, а затем и с корнем выкорчеваны после русского апокалипсиса 17-го года.»
«Взгляните на биографию и творчество Н. С. Гумилёва под этим углом зрения. Он родился на острове, в Кронштадте, рядом с морем и кораблями. Детство провел в Царском Селе и в Петербурге, а в отрочестве, в самую переломную пору возмужания прожил три года на Кавказе, в Тифлисе.»
«Записи в Дневнике Кузмина, по всей видимости, сделаны задним числом, уже после возвращения в Петроград, чем объясняется неточность в дате «Вечера», записанного под 1 ноября, в то время как состоялся он 2 ноября 1920 года.»
«Обстоятельства второго из трех путешествий Н. С. Гумилёва в Абиссинию (отъезд из Петербурга 25 сентября 1910 — возвращение 25 марта 1911 г.) известны недостаточно — в сущности, информация сводится к двум абзацам в «Трудах и днях Н. С. Гумилёва», составленных П. Н. Лукницким, где говорится о контактах поэта с русским посланником Б. А. Чемерзиным, присутствии на одном из торжественных обедов при дворе абиссинского императора и т.д.»
«Русский поэт. Последние четыре года жизни — формально — советский. Единственный из великих поэтов Серебряного века, казненный Советской властью по приговору суда.»
«По случаю пятилетия со дня смерти поэта, в 1926 году, я опубликовал в «Последних новостях» воспоминаний о нем. Ни от одной строчки моей статьи я не отказываюсь. В смысле живости впечатлений недавнее даже много сильнее, чем давнее, Но признаюсь, что позднее, когда случайное моих частых встреч с Гумилёвым, наши споры, несогласия, недоразумения, как и порывы непосредственного восхищения, когда все это отодвинулось, только тогда мало-помалу не менее близким, чем сам поэт, стало для меня его творчество.»
«По всем данным, учился Гумилёв плоховато, особенно по математике, и гимназию кончил поздно, только в 1906 воду. Зато еще за год до окончания гимназии он выпустил свой первый сборник стихов под названием «Путь конквистадоров», с эпиграфом из едва ли многим тогда известного, а впоследствии столь знаменитого французского писателя Андрэ Жида, которого он, очевидно, читал в подлиннике.»
«Павел Николаевич Лукницкий стал собирать материалы по Гумилёву еще в 1923 году. Сначала для своего диплома в Петроградском университете. А потом — для потомства. Он был уверен, что наступит срок, когда все, что он смог собрать в его «Трудах и днях Н. Гумилёва», станет нужным читателям и исследователям.»
