В мой мозг, в мой гордый мозг собрались думы,
Как воры ночью в тихий мрак предместий?
Как коршуны, зловещи и угрюмы,
Толпилися и требовали мести.
Я был один. Мечты мои бежали.
Мои глаза раскрылись от волненья,
И я читал на призрачной скрижали
Мои слова, дела и преступленья.
За то, что я холодными глазами
Смотрел на игры смелых и победных,
За то, что я горячими губами
Касался губ трепещущих и бледных,
За то, что эти руки, эти пальцы
Не знали плуга, были слишком стройны,
За то, что песни, вечные скитальцы,
Обманывали, были беспокойны, —
За все теперь настало время мести.
Мой лживый, нежный храм слепцы разрушат,
И думы, воры в тишине предместий,
Как нищего, во мгле, меня задушат.