|
Старый бродяга в Аддис-Абебе,
Покоривший многие племена
Прислал ко мне черного копьеносца
С приветом, составленным из моих стихов.
Лейтенант водивший канонерки
Под огнем неприятельских батарей,
Целую ночь над южным морем
Читал мне на память мои стихи.
Человек, среди толпы народа
Застреливший императорского посла,
Подошел пожать мне руку,
Поблагодарить за мои стихи.
Много их, сильных злых и веселых,
Убивавших слонов и людей,
Умиравших от жажды в пустыне,
Замерзавших на кромке вечного льда,
Верных нашей планете,
Сильной, весёлой и злой,
Возят мои книги в седельной сумке,
Читают их в пальмовой роще,
Забывают на тонущем корабле.
Я не оскорбляю их неврастенией,
Не унижаю душевной теплотой,
Не надоедаю многозначительными намеками
На содержимое выеденного яйца.
Но когда вокруг свищут пули,
Когда волны ломают борта,
Я учу их, как не бояться,
Не бояться и делать, что надо.
И когда женщина с прекрасным лицом,
Единственно дорогим во вселенной,
Скажет: я не люблю вас —
Я учу их, как улыбнуться,
И уйти, и не возвращаться больше.
А когда придет их последний час,
Ровный, красный туман застелет взоры,
Я научу их сразу припомнить
Всю жестокую, милую жизнь,
Всю родную, странную землю
И, представ перед ликом Бога
С простыми и мудрыми словами,
Ждать спокойно его суда.
|
Старый бродяга в Адис-Абебе
Покоривший многие племена
Прислал ко мне черного копьеносца
С приветом, составленным из моих стихов.
Лейтенант водивший миноносцы
Под огнем неприятельских батарей
Целую ночь над ночным морем
Читал мне на память мои стихи.
Человек, застреливший многих
Много раз простреленный сам
Подошел пожать мне руку
Поблагодарить за мои стихи
Все свирепые сильные злые
Убивавшие слонов и людей
Умиравшие от жажды в пустыне
Изнывавшие и на зеленых <полях?>
Замерзавшие за кромкой вечного льда
Могут читать мои стихи.
Я не оскорблю их неврастенией
Не унижу душевной теплотой
Не наскучу многозначительными намеками
На содержимое выеденного яйца
Но когда вокруг засвищут пули,
Или камень пробьет борт судна
Я научу их не бояться
И делать то, что им надо делать.
И когда женщина с прекрасным лицом
Единственным дорогим во вселенной
Скажет им: я вас не люблю
Я научу их как улыбнуться
Как уйти и не возвращаться никогда.
|
Старый бродяга в Аддис-Абебе,
Покоривший многие племена,
Прислал ко мне черного копьеносца
С приветом, составленным из моих стихов.
Лейтенант, водивший канонерки
Под огнем неприятельских батарей,
Целую ночь над южным морем
Читал мне на память мои стихи.
Человек, среди толпы народа
Застреливший императорского посла,
Подошел пожать мне руку,
Поблагодарить за мои стихи.
Много их, сильных, злых и веселых,
Убивавших слонов и людей,
Умиравших от жажды в пустыне,
Замерзавших на кромке вечного льда,
Верных нашей планете,
Сильной, весёлой и злой,
Возят мои книги в седельной сумке,
Читают их в пальмовой роще,
Забывают на тонущем корабле.
Я не оскорбляю их неврастенией,
Не унижаю душевной теплотой,
Не надоедаю многозначительными намеками
На содержимое выеденного яйца.
Но когда вокруг свищут пули,
Когда волны ломают борта,
Я учу их, как не бояться,
Не бояться и делать, что надо.
И когда женщина с прекрасным лицом,
Единственно дорогим во вселенной,
Скажет: я не люблю вас —
Я учу их, как улыбнуться,
И уйти, и не возвращаться больше.
А когда придет их последний час,
Ровный, красный туман застелет взоры,
Я научу их сразу припомнить
Всю жестокую, милую жизнь,
Всю родную, странную землю,
И, представ перед ликом Бога
С простыми и мудрыми словами,
Ждать спокойно его суда.
|
